Модель перинатальных матриц Грофа
Карта – не территория
Альфред Кожибски
После рассмотрения модели импринтирования человеческого опыта мы переходим к модели, разработанной Станиславом Грофом на основе опытов с психоактивными веществами и холотропной терапии.
Феноменология переживаний, полученных во время дыхательной сессии С. Гроф комбинирует в 4 области:
Сенсорный барьер (эстетический уровень). Различные зрительные, слуховые образы, не имеющие конкретного содержания (звездочки, огоньки). Телесные ощущения (холод-тепло, напряжение-расслабление).
Уровень индивидуального бессознательного. Воспоминания из своего биографического прошлого.
Перинатальный уровень. Состоит из 4-х так называемых базовых перинатальных матриц (БПМ), в соответствии с периодом родов, который они описывают.
Трансперсональный уровень. Огромное разнообразие эффектов, связанных с выходом за пределами ума, тела, сознания.
БПМ 1 продолжается от зачатия до рождения, это первые 9 месяцев жизни в утробе матери. При хорошем течении беременности, когда мама здорова и счастлива, когда нет угроз для жизни, течение этого периода в целом можно назвать позитивным.
Положительная БПМ 1 дает человеку хороший полноценный ночной сон. Это умение отдыхать и радоваться жизни без причины. Умение любить и быть любимым. Стремление к хорошему и светлому — к позитиву и совершенствованию в жизни. Эта матрица — образец любви. Какой запечатлелась наша жизнь, проведенная в утробе матери, так мы и воспринимаем Божественную Любовь.
Отклонения:
• «случайная» беременность, когда один или оба родителя «в шоке». Отпечатывается записью вины в психике малыша: «Что-то со мной не так… Всегда припираюсь не вовремя… Создаю проблемы близким людям…». Если мама своими отрицательными эмоциями не хотела признавать ребенка, то у него будут проблемы взаимопонимания с женщинами, а если его отвергал папа, то с мужчинами;
• попытка аборта создает запрет быть собой, это относится к четвертой чакре — чакре любви. Невозможность приятия самого себя и любви к себе. Обычно внутриутробная травма или попытка сделать аборт и даже просто желание родителей избавиться от ребенка приводят к серьезной психологической травме малыша.
Человек часто пытается вернуться в состояние БПМ-1, когда употребляет алкоголь или опиатные наркотики, желая вернуться в состояние полной расслабленности и блаженства.
БПМ 2 — схватки. Нормой считается продолжительность схваток от 2 до 12 часов. (Это может зависеть от индивидуальных особенностей, а также оттого, первая или последующая это беременность, от психического и физического состояния роженицы и т.д.)
Что такое схватки? Это начало родовой деятельности. Оказывается, когда ребенок готов родиться, его тело производит гормоны, сигнализирующие организму матери, что пришла пора выпускать его на свет. Схватки — это сжатие матки, при котором еще не открыт выход. Он только начинает медленно раскрываться, чтобы потом пропустить ребенка.
Итак, комфортная и уютная среда постепенно становится невыносимой. Она давит, буквально гонит прочь, и малыш начинает понимать, что Рай закончен. Пора выбираться, а куда — пока не понятно…
Казалось бы, в чем смысл этой борьбы? В Америке даже пришли к выводу, что такие мучения не имеют смысла, и стали облегчать задачу роженицам и младенцам проведением операции кесарева сечения. Но через десять лет поколение родившихся таким образом детей назвали «отмороженным», потому что когда приходило время решения какой-то жизненной задачи, они пасовали, не хотели прикладывать усилий.
Позитив БПМ 2 — в опыте пассивной силы. Это внутренняя установка на терпение: «Я многое могу выдержать». Это умение приложить усилия: «Сейчас соберусь и найду выход». Это умение выждать, когда появятся благоприятные условия для решения сложного жизненного вопроса. Это совесть: «Если что-то хочется поменять в жизни, надо сделать это так, чтобы ничем не повредить окружающим». Это умение решать задачи, искать и находить выход в проблемной ситуации.
Отклонения этого периода проявляются по-разному.
Если схватки длились меньше двух часов:
• стремительные роды закладывают программу очень быстрого преодоления препятствий, без повторной попытки при неудаче;
• плановое кесарево сечение (без ожидания начала родовой деятельности) может проявляться как отсутствие терпения, «впадение в сон», оцепенение перед препятствием, попытки не замечать его. Проблемы с проявлениями совести. Такие дети входят в группу риска по приему наркотических препаратов, «прелесть» которых вкусили еще при рождении…
Если схватки длились слишком долго:
• матрица «жертвы» перекрывает все остальные. Такой человек тащит на себе больше всех… И что интересно, окружение каким-то образом ощущает его настроение и грузит, грузит выполнением новых задач… В результате у «жертвы» есть все основания жаловаться на несправедливость и усиливать этим свое внутреннее ощущение — заколдованный круг!
Гроф также подчеркивает связь БПМ 2 и склонности к затяжным депрессиям, испытываемым чувствам безысходности, отчаяния, вины, неполноценности. Отсутствие желания что-либо делать, потеря интереса ко всему на свете и неспособность радоваться жизни — это склонности человека, который испытал трудности при прохождении БПМ 2. В физическом теле эти ощущения сопровождаются головной болью, чувством сдавливания тела, сердечной болью и одышкой, потерей аппетита.
Для женщины важно знать, что память о ее собственных родовых муках также может вселять различные депрессивные состояния и фобии (беременности, родов, материнства). Так, память о ее собственном рождении может стать причиной осложнений при родах и плохого контакта с ребенком. То же справедливо и по отношению к мужчинам — будущим папам. Несмотря на то, что мужчины тщательнее скрывают свои эмоции, их страхи оказывают непосредственное влияние на процесс рождения ребенка.
БПМ 3 — это потуги. Норма длительности потуг — от 20 до 60 минут. Также в норме должно быть не менее трех потуг.
Малыш приноравливается и делает несколько попыток продвинуться — так он готовит себе путь и самого себя готовит к преодолению пути. Ведь когда ребенок начинает входить в родовой канал, он испытывает сильнейшее сдавливание, пуповина тоже пережимается, кислород не поступает.
За время прохождения родовых путей сердечнососудистая и дыхательная системы малыша должны перестроиться и быть готовыми к дыханию легкими. Невероятное сжатие тела ребенка, особенно головки (до сдвигания черепных костей!), отсутствие кислорода — это огромное испытание, не зря Гроф назвал эту матрицу «Путем Героя».
Архетип Героя — это активная сила, умение отстоять себя, достигать целей, думать, планировать и реализовывать задуманное. Внутренний разговор и настрой Героя: «Я — сильный, умею постоять за себя!».
Травмы этого этапа:
• стремительные роды (слишком быстрые), либо кесарево сечение в случае усложненных родов. Такие дети — не бойцы по жизни;
• много схваток и потуг. Ребенок — «Супер-Герой», «Геракл». Его внутренний разговор примерно таков: «Вся жизнь — борьба, покой нам только снится». Это революционер, реформатор, человек, бросающий вызов;
• угроза жизни. Если малыш «застрял», по какой-то причине не смог продвигаться, это вызывает асфиксию — удушье. Если слегка «прижало» и выскочил, то это «синяя асфиксия», когда личико и тельце имеют слегка синюшный оттенок. В зависимости от длительности и силы воздействия этой травмы можно наблюдать такой внутренний разговор: «А имею ли я право на жизнь?». И сопровождается он обычно таким поведением, как взятие вины на себя в разных жизненных ситуациях, особенно с близкими людьми. Это также заигрывание со смертью, подсознательная попытка доказать свое право на жизнь, быть хорошим в глазах других. Бывает также и «белая» асфиксия — при продолжительных и сложных родах. Это практически клиническая смерть. Современное родовспоможение помогает справляться с такой ситуацией даже до того, как она возникает. И все же что дает такой опыт рождения? Постоянное стремление к смертельным ситуациям, обесценивание жизни…
БПМ 4 продолжается от начала схваток до 1-3 суток после рождения. Это также матрица взаимоотношений с миром, потому что ощущение любви и свободы и есть то, что рождает наши отношения…
Сразу необходимо оговориться, что положительная БПМ 4 проявляется только при рождении в семье — никакой роддом этого опыта не заменит! Давайте для начала просто попробуем принять и рассмотреть эту истину — в случае положительных родов без угроз и осложнений. И без страшного «А вдруг?..», которым многие «дышат», в немалой степени из-за собственного травмирующего рождения.
Итак, семья. Начались схватки. Мама спокойно уединяется, готовится. Папа рядом. По необходимости рядом акушерка, доктор. Все рады помочь. Кто-то готовит воду, кто-то молится, поддерживая мощным духовным включением. Рядом — родные люди, родные стены. Спокойная, слегка по-праздничному взволнованная атмосфера, где столько сердец ждут появления малыша.
Рождение Запись такого рождения, финальная и триумфальная, звучит так: «Я есть Радость! Я есть Праздник!». Без условий! Это сладость свободы и новой любви, «Обретенный Рай».
Любые роды, в которых и ребенок и мать не испытывают оргазм и блаженство, являются паталогическими… Так еще рожают в первобытных племенах, куда не пришла европейская цивилизация, а также редкие матери из «развитого” мира[см. видео про оргазмические и домашние роды].
А что испытали мы, дети больниц?
Давайте вспомним, что ребенок очень хорошо отличает родных людей от чужих и помещение больницы — от родного дома.
Роды. Страдающая мать. Чужие люди, холодные инструменты, яркий свет. Стремительное отнимание от тела матери, шлепок по попе, взвешивание на холодных весах, заглядывание в рот и т.д.
А ведь пока малыш не получит грудь, те гормоны стресса, которые толкали его к рождению, не прекратят вырабатываться, та программа борьбы, которая была включена, не остановится сама по себе!
Это сейчас ребенка оставляют с мамой в палате по ее желанию.
А раньше были первые три дня, проведенные вдали от родного сердца, от пищи, среди чужих людей, — ведь считалось, что малышу не полезно есть молозиво…
И вот внутренний разговор, «рожденный» в такой обстановке: «Свобода — это одиночество, страх и голод. Этот мир — враждебен, холоден и чужд… Вокруг — одни чужие люди».
Любовь — отдельно, она «осталась в утробе». И Свобода — отдельно, одинокая, опасная и холодная.
Потом, во взрослой жизни, слова любви как бы включают нашу внутреннюю программу свободы. И начинаются попытки «захвата» партнера, попытки его переделать, подстроить под себя и т.д. Из целой Вселенной — любимого, взрослого и зрелого человека — мы пытаемся сделать «младенца у себя в матке», как бы присвоить его себе. Это касается всех — и мужчин, и женщин. Потому что любовь в нас ассоциируется только с этой матрицей, с первой…
Дмитрий Yoddha